Агата Кристи  //   Спящее убийство

Глава 6 — Игра в детективов

I

— Где, по-твоему, лежал труп? Здесь? — спросил Джайлз.

Гвенда с мужем стояли в холле Хиллсайда. Они приехали домой накануне вечером. Джайлз был возбужден и счастлив, как ребенок, которому подарили новую игрушку.

— Да, кажется, здесь, — ответила Гвенда. Она поднялась по лестнице и задумчиво посмотрела вниз. — Да, по-моему, здесь.

— Присядь. Не забывай, что тебе три года. Гвенда послушно присела.

— Значит, ты не видела человека, который произнес те слова?

— Насколько я помню, нет. Он, наверное, стоял подальше, в глубине… Да, там. Мне были видны только его лапы.

Джайлз нахмурился:

— Лапы…

— Да, лапы. Не человеческие руки, а серые лапы.

— Послушай, Гвенда, это же не «Убийство на улице Морг». У людей не бывает лап.

— А у него были.

Джайлз с сомнением взглянул на жену.

— Ты, наверное, придумала это потом.

— А может быть, я вообще все придумала, — медленно проговорила Гвенда. — Знаешь, Джайлз, я долго ломала голову и пришла к выводу, что скорее всего это был просто сон. Мне могло это присниться. Бывает, детям снятся страшные сны, которые потом остаются у них в памяти. Тебе не кажется, что это объясняет все? Ведь никто в Диллмуте даже не слышал о том, что в этом доме кого-то когда-то убили или что здесь кто-то внезапно умер, или исчез, или вообще произошло что-то странное.

Теперь Джайлз был похож на ребенка, у которого отобрали новую красивую игрушку.

— Возможно, тебе и в самом деле приснился дурной сон, — неохотно согласился он.

Но его лицо тут же посветлело.

— Нет. Это исключено. Тебе могли присниться обезьяньи лапы и чей-то труп, но ты не могла бы придумать цитату из «Герцогини Амальфи».

— Может быть, кто-то произнес при мне эти слова, а потом они мне приснились.

— Я не думаю, что такое возможно. Разве только ты услышала эту фразу в момент сильного душевного потрясения, и в этом случае мы возвращаемся к исходной точке… Подожди-ка секунду… Теперь я понял. Тебе приснились именно лапы. Ты увидела труп, услышала эти слова и так перепугалась, что тебе приснился кошмар, в котором ко всему прочему появились еще и обезьяньи лапы. Наверное, в ту пору ты боялась обезьян.

— Может, ты и прав, — сказала она без особой убежденности.

— Постарайся вспомнить что-нибудь еще… Спустись в холл. Закрой глаза. Сосредоточься… Тебе ничего другого не приходит в голову?

— Нет, Джайлз, ничего… Чем больше я думаю, тем дальше все куда-то уходит… Я уже начинаю сомневаться, видела ли я вообще что-либо. А вдруг со мной в театре просто случился припадок?

— Нет. Что-то на самом деле произошло. Мисс Марпл того же мнения. А как насчет Хелен? Ты уверена, что это имя ничего тебе не напоминает?

— Совершенно ничего. Для меня это просто имя.

— А ты уверена, что слышала именно его?

— Уверена. Я слышала — «Хелен», — уверенно ответила Гвенда.

— В таком случае ты должна хоть что-то о ней помнить, — не без основания заметил Джайлз. — Хорошо ли ты ее знала? Жила ли она здесь или приехала погостить?

— Я тебе повторяю, что не имею ни малейшего понятия! — воскликнула Гвенда, начиная нервничать.

Джайлз решил начать по-другому:

— А кого-нибудь еще ты помнишь? Может быть, отца?

— Нет. Я не могу сказать, что я его помню. У нас в доме была его фотография, и тетя Алисон часто говорила мне: «Это твой папа». Но у меня не сохранилось никаких воспоминаний о нем и об этом доме…

— А слуг ты помнишь? Может быть, свою няню?

— Нет… нет. Чем больше я стараюсь вспомнить, тем сильнее провалы в памяти. Все, что я знаю, скрыто в подсознании. К тому месту, где раньше была дверь, я тоже шла машинально. Я же не помню о ее существовании. Может быть, если ты перестанешь меня допрашивать, Джайлз, я сама все вспомню. Да и вообще, пытаться выяснить, что тогда произошло, совершенно бесполезно. Это было так давно…

— Я не думаю, что все так безнадежно, как тебе кажется. Даже наша старенькая мисс Марпл разделяет мое мнение.

— Однако она не поделилась с нами никакими соображениями о том, как нам поступить. А судя по ее глазам, соображения на этот счет у нее есть. Хотела бы я знать, что она сделала бы на нашем месте.

— Давай перестанем строить гипотезы, Гвенда, — заявил Джайлз, — и будем изучать факты по порядку. Я, кстати, уже начал, просмотрел метрические книги. К сожалению, ни одной Хелен нужного нам возраста я не обнаружил. Да и вообще похоже на то, что за весь этот период не умерло ни одной Хелен, за исключением некой Эллен Пагг, которой было девяносто четыре года. Что ж, попробуем поискать в другом направлении. Поскольку твой отец и, видимо, мать жили в этом доме, он или принадлежал им, или они его арендовали.

— По словам Фостера, садовника, Хенгрейвы купили его у людей по фамилии Элворси, а те — у миссис Финдисон. Больше этим домом никто не владел.

— Твой отец мог купить его, прожить в нем очень недолго, а затем продать. Но мне кажется более правдоподобным, что он снял его, причем уже с мебелью. Разумнее всего будет обратиться к местным агентствам.

Обойти агентства не составляло большого труда, так как в Диллмуте их было всего два. Агентство «Уилкинсон» открылось сравнительно недавно, одиннадцать лет назад, и занималось оно в основном продажей маленьких бунгало и новых домов на окраине города. Через посредничество второго агентства — «Гэлбрейт и Пендерли» — Гвенда купила Хиллсайд. Джайлз отправился туда и рассказал, что они с женой в восторге от их нового дома и от Диллмута вообще. Недавно выяснилось, что миссис Рид жила здесь в детстве. Кое-что в ее памяти сохранилось, и ей кажется, что и тогда она жила в Хиллсайде, но точно она этого не помнит. Не осталось ли в их регистрационных книгах записи о том, что когда-то виллу снимал некий майор Халлидей? Это могло быть лет восемнадцать или двадцать назад…

Мистер Пендерли виновато взмахнул руками:

— Боюсь, что у меня нет таких сведений, мистер Рид. Архивы того времени о краткосрочной аренде или сдаче внаем меблированных домов не сохранились. К сожалению, мистер Рид, я не могу ничем вам помочь. Если бы наш старый клерк, мистер Нарракотт, был жив — он скончался прошлой зимой, — то наверняка смог бы это выяснить. Он обладал удивительной памятью и проработал у нас почти тридцать лет.

— А больше обратиться не к кому?

— Все служащие нашего агентства относительно молоды. Разумеется, есть еще сам старый мистер Гэлбрейт. Но несколько лет назад он отошел от дел.

— Могу ли я с ним встретиться? — поинтересовался Джайлз.

— Не знаю, что вам и сказать… — засомневался мистер Пендерли. — В прошлом году с ним случился удар, и с тех пор он сильно сдал. Вы понимаете, ему уже за восемьдесят.

— Он живет в Диллмуте?

— Да, в Калькутта-Лодж. Это очень красивая маленькая усадьба на Ситонской дороге. Но я не думаю, что…

II

— На мой взгляд, мы ничего не добьемся, — сказал Джайлз Гвенде. — А вообще-то чем черт не шутит. Я думаю, писать ему не стоит. Давай поедем и попытаемся увидеться с ним.

Калькутта-Лодж находилась посреди прекрасно ухоженного сада. В гостиной, куда вошли молодые люди, тоже царил образцовый порядок, хотя она была заставлена мебелью. В воздухе витал легкий запах воска; окна окаймляли занавеси с тяжелыми фестонами.

Вскоре в комнате появилась худощавая женщина средних лет.

Джайлз поспешил объяснить ей цель их визита, и с лица мисс Гэлбрейт исчезла настороженность.

— Мне очень жаль, но я вряд ли смогу помочь вам, — сказала она. — Ведь это было так давно…

— Да, но иногда в памяти остаются некоторые детали, — заметила Гвенда.

— Сама я, конечно же, ни о чем не знаю, так как никогда не занималась делами агентства. Вы говорите, майор Халлидей? Нет, я не помню, чтобы в Диллмуте жил кто-то под этой фамилией.

— Может быть, вспомнит ваш отец? — продолжала Гвенда.

— Мой отец? — Мисс Гэлбрейт покачала головой. — Он теперь мало чем интересуется, да и с памятью у него неладно.

Взгляд Гвенды задумчиво остановился на медном столике из Бенареса, затем на веренице эбеновых слонов, выстроившихся друг за другом на камине.

— Я думала, он может вспомнить, — настаивала она, — потому что мой отец в ту пору вернулся из Индии. Ведь ваш дом называется Калькутта-Лодж?

— Да, мой отец вел одно время дела в Калькутте, — подтвердила мисс Гэлбрейт. — Затем началась война, и в 1920 году он вернулся в Англию. Он с удовольствием вновь уехал бы в Индию, но мою мать не привлекала жизнь за границей, да и, честно говоря, климат тех мест здоровым не назовешь. Что ж… вы, наверное, хотите повидаться с моим отцом. Я, правда, не знаю, в каком он сегодня настроении…

Она провела их в маленький темный кабинет. В большом кресле, обтянутом потертой кожей, сидел старый джентльмен с седыми усами и слегка асимметричным лицом. Когда дочь представила ему молодую пару, он дружелюбно взглянул на них.

— Память у меня уже не та, — нечетко проговорил он. — Как вы сказали, Халлидей? Нет, я не помню никого с этой фамилией. Когда я учился в школе в Йоркшире, я знал одного мальчика, которого звали Халлидеем, но это было семьдесят лет тому назад.

— Мы думаем, что он арендовал Хиллсайд, — сказал Джайлз.

— Хиллсайд? А разве тогда дом так назывался? — Единственное подвижное веко мистера Гэлбрейта закрылось. — Там жила миссис Финдисон. Замечательная была женщина.

— Возможно, мой отец снял этот дом с мебелью… Он как раз вернулся в ту пору из Индии.

— Из Индии? Вы говорите, из Индии? Теперь я припоминаю одного военного, знакомого этого мошенника Мохаммеда Хассана, который надул меня, когда я покупал у него ковры. У этого человека была молодая жена и ребенок… маленькая девочка.

— Это я, — заявила Гвенда.

— Да что вы говорите! Как время-то летит! Как же его звали? Он искал меблированную виллу, а миссис Финдисон отправили в ту зиму в Египет или еще куда-то в те края по состоянию здоровья… Чушь все это. Так как же его звали?

— Халлидей, — сказала Гвенда.

— Верно, моя дорогая, Халлидей. Майор Халлидей. Симпатичный такой человек. Жена у него была красавица… совсем молоденькая, блондинка… Она все старалась поселиться недалеко от своих родственников. Да, просто красавица.

— А что это были за родственники?

— Не имею ни малейшего понятия. Вы на нее не похожи. Гвенда чуть было не ответила, что речь идет о ее мачехе, но сдержалась.

— Какое она на вас произвела впечатление?

Ответ мистера Гэлбрейта оказался весьма неожиданным.

— Она выглядела обеспокоенной. Да, именно обеспокоенной. Майор Халлидей был милейшим человеком. Его интересовало, как мне жилось в Калькутте. В нем не было ничего общего с теми, кто всю свою жизнь провел в Англии. Ограниченные люди, вот они кто. Я-то по белому свету поездил… Так как же звали того военного, который хотел снять меблированный дом?

Речь мистера Гэлбрейта напоминала заигранную пластинку на старом граммофоне.

— Сент-Кэтрин. Да-да. Он арендовал Сент-Кэтрин за шесть гиней в неделю, пока миссис Финдисон была в Египте. Она там и умерла, бедняжка, а виллу продали с аукциона. Кто же ее купил? Ах да, сестры Элворси. А виллу они переименовали, на их взгляд, она носила слишком папистское название. Очень уж они все папистское критиковали и постоянно распространяли какие-то брошюрки… Все четыре сестры ужасно некрасивые. Интересовались неграми, посылали им брюки и Библии… Все старались обратить этих язычников в христианскую веру…

Гэлбрейт устало откинулся на спинку кресла.

— Это было так давно… — раздраженно буркнул он. — Я не помню фамилий. Тот, кто приехал из Индии… отличный парень… Я устал, Глэдис. Я бы хотел выпить чаю.

Молодые супруги поблагодарили мистера Гэлбрейта и его дочь и вышли из дома.

— Итак, теперь доказано, — сказала Гвенда, — что мы с отцом действительно жили в Хиллсайде. Что мы будем делать дальше?

— До чего же я глуп! — воскликнул Джайлз. — Конечно же, Сомерсет-Хаус.

— Что? — спросила Гвенда.

— Это регистрационная контора в Лондоне, где находятся копии всех брачных свидетельств. Я съезжу туда и поищу документ о браке твоего отца. По словам твоей тети, он второй раз женился сразу же по приезде в Англию. Вполне вероятно — и мы должны были подумать об этом раньше, Гвенда, — что эта Хелен — родственница твоей мачехи, может, ее младшая сестра. Когда мы узнаем ее фамилию, мы наверняка найдем человека, который знает обо всех, кто когда-то жил в Хиллсайде. Помнишь, старый Гэлбрейт говорил, что миссис Халлидей хотела поселиться в Диллмуте, чтобы быть поближе к своим родственникам. Если они живут где-то неподалеку, мы обязательно что-нибудь узнаем.

— Джайлз, — сказала Гвенда, — ты просто гений.

III

В конце концов, поразмыслив, Джайлз решил не ездить в Лондон. Несмотря на энергичный характер, на этот раз он согласился с тем, что столь обычное дело может быть поручено посреднику, и позвонил в свой офис.

— Пришел ответ! — радостно воскликнул он, получив почту.

Он вынул из конверта заверенную копию брачного свидетельства.

— Ну вот, Гвенда. Август, пятница, 7-й кенсингтонский отдел регистрации актов гражданского состояния. Келвин Джеймс Халлидей и Хелен Спенлав Кеннеди.

Гвенда вскрикнула:

— Хелен?

Они переглянулись.

— Это… это же не может быть она, — медленно произнес Джайлз. — Я хочу сказать, что они, конечно, развелись, а потом она опять вышла замуж и куда-то уехала.

— Мы не знаем, уехала ли она… — ответила Гвенда. Она вновь посмотрела на четко написанные имя и фамилию: Хелен Спенлав Кеннеди.

Хелен…

Расскажите о Мисс Марпл в соц. сетях

Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Google Plus