Агата Кристи  //   Карибская тайна

Глава 18 — Без церковного благословения

В то утро на пляже было не слишком людно. Грег, по обыкновению, шумно плескался в море, Лаки лежала ничком, подставив солнцу хорошо смазанную кремом коричневую спину и распустив по плечам светлые волосы. Хиллингтонов не было. Сеньора де Каспеаро, окруженная услужливым роем мужчин, лежала лицом вверх и разнеженно ворковала с ними своим низким контральто, разговор шел на испанском. У кромки воды играли, весело хохоча, несколько французских и итальянских семейств. Каноник Прескотт и его сестра сидели в пляжных креслах, созерцая происходящее. Впрочем, судя по тому, что каноник надвинул панаму на лоб, он, вероятно, сладко дремал. Рядом с мисс Прескотт было удобное кресло, и мисс Марпл решила в нем расположиться.

— Беда-то какая, — усаживаясь, сказала она с глубоким вздохом.

— Слов нет, — отозвалась мисс Прескотт, тоже искренне скорбевшая по девушке, погибшей от рук убийцы.

— Бедняжка, — сказала мисс Марпл.

— Очень печально, — подал голос каноник. — В высшей степени прискорбно.

— В первый момент, — сказала мисс Прескотт, — мы с Джереми собрались уезжать. Но потом передумали. Это было бы предательством по отношению к Кендалам. В конце концов, они же не виноваты. Это могло случиться где угодно.

— На все воля Божья[На все воля Божья — Цитата из первого гимна «Книги общей молитвы», официального молитвенника и требника Англиканской церкви (издание 1662 года). ], — торжественно произнес каноник.

— Для них так важно, — сказала мисс Прескотт, — чтобы не было никаких накладок. Они ведь вложили в этот отель все свои сбережения.

— Она такая славная, — сказала мисс Марпл, — но в последнее время что-то совсем неважно выглядит.

— Вся на нервах, — согласилась мисс Прескотт. — Конечно, еще наследственность… — Она покачала головой.

— Мне кажется, Джоан, — мягко упрекнул ее каноник, — что есть такие вещи, про которые нельзя…

— Да кто про это не знает, — перебила его мисс Прескотт. — Ее родственники живут в Англии недалеко от нас. Двоюродная бабушка — очень чудаковатая особа, а один ее дядя на платформе метро разделся догола. Кажется, на станции «Грин-парк».

— Джоан, подобные вещи не следует повторять.

— Очень печально, — сказала мисс Марпл, покачав головой. — Хотя, насколько я знаю, подобное случается не так уж редко. Помню, когда-то мы работали для армянского благотворительного фонда, и один вполне респектабельный пожилой священнослужитель вдруг повел себя таким же образом. Позвонили его жене, она тут же приехала на такси и увезла его домой, завернутого в одеяло.

— Ближайшие родственники Молли, слава Богу, в порядке, — сказала мисс Прескотт. — Правда, она не ладила с матерью, но сейчас, по-моему, редко кто из девиц не ссорится с матерями.

— И очень жаль, — опять покачала головой мисс Марпл, — потому что для девушки знание жизни и опыт ее матери просто незаменимы.

— Совершенно верно, — с жаром поддержала ее мисс Прескотт. — Ведь Молли, вы знаете, вскружил было голову какой-то молодой человек — совершенно, как я понимаю, неподходящий.

— Такое часто случается, — сказала мисс Марпл.

— Семья, разумеется, ее выбор не одобрила. Она сама им про свой роман ничего не сказала. Они узнали от совершенно постороннего человека. Мать, естественно, предложила ей привести его домой, чтобы посмотреть, что это за человек. Она, как я понимаю, отказалась. Дескать, чтобы его не унижать. Прийти в чужой дом для того, чтобы тебя подвергли осмотру, — оскорбительно. Словно он не человек, а лошадь — так она сказала.

— С молодыми нужно бесконечно много такта, — вздохнув, промолвила мисс Марпл.

— А ее родители церемониться не стали. Просто запретили ей с ним встречаться.

— Но ведь в наше время это бессмысленно, — сказала мисс Марпл. — Девушки теперь ходят на службу и встречаются с кем хотят, несмотря ни на какие запреты.

— Но потом, к счастью, — продолжала, мисс Прескотт, — она познакомилась с Тимом Кендалом, а тот, первый ее возлюбленный, куда-то испарился. Какое облегчение испытали родители — я вам даже передать не могу.

— Надеюсь, они не выразили этого слишком открыто, — сказала мисс Марпл. — Родительское вмешательство очень часто мешает девушке полюбить приличного человека.

— Да, разумеется.

— Вспоминаешь собственную молодость… — пробормотала мисс Марпл, обращаясь мыслями в прошлое. Однажды на крокетной площадке она познакомилась с молодым человеком. Он показался ей симпатичным — веселый, с чуть ли не богемными взглядами. Но, что самое удивительное, к нему очень благосклонно отнесся ее отец. А как же! Подходящий жених. Его стали привечать, приглашать в дом, и мисс Марпл в конце концов в нем разочаровалась: он был скучен. Скучен донельзя.

Каноник опять погрузился в блаженную дрему, и мисс Марпл решилась осторожно перейти к волновавшей ее теме.

— Вы, наверное, знаете эти места вдоль и поперек, — сказала она. — Вы ведь уже не первый год здесь отдыхаете, правда?

— Да, приезжали сюда в прошлом году и еще в предыдущие два сезона. Нам здесь, на Сент-Оноре, очень нравится. Всегда такие милые люди кругом. Нет этой кричащей фешенебельности, этого выставленного напоказ богатства.

— А вы хорошо знаете Хиллингтонов и Дайсонов?

— Да, неплохо.

Мисс Марпл легонько кашлянула и понизила голос:

— Майор Пэлгрейв мне такую интересную историю рассказал.

— У него, по-моему, был неограниченный запас историй. Оно и понятно: где он только не побывал. И в Африке, и в Индии, и даже, кажется, в Китае.

— Да, конечно, — согласилась мисс Марпл. — Правда, я не такую историю сейчас вспомнила. В этой истории участвовали.., в общем, кое-кто из числа тех, кого я сейчас называла.

— О! — сказала мисс Прескотт понимающим голосом.

— Да. Так я вот о чем… — Мисс Марпл медленно обвела взглядом берег, и в конце концов ее голубые глаза остановились на загорелой спине Лаки. — Очень красивый загар, правда? И волосы. Просто роскошные. Совсем такого же оттенка, что у Молли Кендал, как вам кажется?

— Есть одна существенная разница, — возразила мисс Прескотт. — У Молли цвет волос естественный, а у этой — из бутылочки!

— Перестань, Джоан, — внезапно запротестовал снова очнувшийся каноник. — Ты говоришь обидные вещи, тебе не кажется?

— А что тут обидного? — едко спросила мисс Прескотт. — Факт, не более того.

— По мне, так у нее очень красивые волосы, — сказал каноник.

— Разумеется. Для этого она их и красит. И будь уверен, мой дорогой Джереми, любая женщина сразу определит, свой цвет или нет. Вы согласны? — обратилась она к мисс Марпл.

— Да, боюсь, что… — отозвалась мисс Марпл. — Конечно, у меня нет такого опыта, как у вас, но боюсь.., да, могу определенно сказать, что цвет ненатуральный. Стоит посмотреть на самые корни волос на пятый или шестой день… — Она взглянула на мисс Прескотт, и обе дамы молча дружно закивали головой, ибо в таких вопросах женщины понимают друг друга с полуслова.

Каноника как будто опять разморило.

— Майор Пэлгрейв рассказал мне совершенно невероятную историю, — прошептала мисс Марпл, — про.., видите ли, я не могла до конца понять. Я иногда бываю чуточку глуховата. Словно бы он намекал на… — Она умолкла.

— Я знаю, о чем вы говорите. Об этом в свое время ходила масса сплетен…

— Вы имеете в виду то время, когда…

— Когда умерла первая миссис Дайсон. Ее смерть была совершенно неожиданной. Надо вам сказать, все были уверены, что у нее malade imaginaire[воображаемая болезнь (фр.) ] — то есть страдает ипохондрией[Ипохондрия — психическое расстройство, проявляющееся в чрезмерной мнительности, беспокойстве в отношении своего здоровья, подавленном настроении. ]. Поэтому когда у нее случился этот приступ и она так быстро умерла, люди, конечно, начали это обсуждать…

— Не было ли чего-нибудь.., ну.., подозрительного?

— Врач был озадачен. Надо сказать, совсем еще молодой человек, не очень-то опытный. Из тех, кто от любой болезни прописывает антибиотики. Они и не осмотрят больного толком, и не выслушают, и не станут вникать, что с ним такое. Назначат какие-нибудь таблетки в коробочке, а если лучше не станет, назначат другие таблетки. Да, похоже, он действительно был озадачен. Но вроде бы у нее и раньше были нелады с желудком. По крайней мере, так сказал ее муж, и вроде бы не было явных причин считать, что что-то не так.

— Но вы-то сами думаете…

— Я всегда, скажу вам прямо, стараюсь составить непредвзятое мнение, а тут есть над чем задуматься. И люди всякое говорили…

— Джоан! — Каноник вдруг выпрямился. Вид у него был воинственный. — Мне не нравится — мне решительно не нравится, что ты повторяешь подобные сплетни. Мы всегда должны отвращать от зла наши лица. Не видеть плохого, не слышать плохого, не говорить плохого[Не видеть плохого, не слышать плохого, не говорить плохого — Литературная аллюзия, по древней японской притче о трех мудрых обезьянках, изображенных над дверью храма XVII века в Никко: одна закрывает лапками глаза, другая — уши, третья — рот, что символизирует мудрое отношение к жизни, а именно: не видеть, не слышать и не говорить дурного. ] — и главное, не думать плохого! Это должно быть девизом любого христианина и любой христианки.

Собеседницы покорно умолкли. Они были посрамлены и, соответственно своему воспитанию, вынуждены были подчиниться властному мужскому требованию. Но на самом деле они были очень раздосадованы и крайне далеки от покаяния. Мисс Прескотт бросила на брата взгляд, полный откровенного недовольства. Мисс Марпл вынула вязанье и стала сосредоточенно его рассматривать. К счастью для них, на помощь пришел Случай.

— Моn реrе[Святой отец (фр.) ], — прозвучал тоненький голосок. Это была одна из девочек-француженок, резвившихся у воды. Они и не заметили, как она подошла и остановилась у шезлонга каноника Прескотта.

— Моn реrе, — вновь пропела она.

— Да? Что, моя милая? Oui, qu'est-ce qu'il у а, та petite?[Что случилось, малышка? (фр.) ]

Девочка объяснила. Они никак не могли решить, чья очередь плавать на надувных подушечках, и это вызывало спор и нарушало тонкости пляжного этикета. Каноник Прескотт был неравнодушен к детям, особенно к маленьким девочкам. Он всегда с превеликой радостью исполнял роль арбитра в их спорах. Вот и сейчас он с готовностью поднялся и последовал за девочкой к воде. Мисс Марпл и мисс Прескотт облегченно вздохнули и с живостью повернулись друг к другу.

— Джереми, конечно, прав, сплетни вещь отвратительная, — сказала мисс Прескотт, — но ведь нельзя совсем не обращать внимания на то, что говорят вокруг. А в то время, я повторяю, ходило очень много разговоров.

— Да? — ободряюще произнесла мисс Марпл.

— Эта молодая женщина — как ее фамилия тогда была — мисс Грейторекс, кажется, — состояла в каком-то родстве с миссис Дайсон и ухаживала за ней. Давала ей лекарства и все такое прочее. — Она сделала короткую, но многозначительную паузу. — И конечно, как я понимаю, — мисс Прескотт понизила голос, — между мистером Дайсоном и мисс Грейторекс что-то было. Их часто видели вдвоем. Ведь в таких местах, как это, на подобные вещи сразу обращают внимание. Потом была странная история с неким снадобьем, которое Эдвард Хиллингтон купил для нее в аптеке.

— Что, и Эдвард Хиллингтон в этом замешан?

— Да, он был очень ею очарован. Это было заметно. И Лаки, мисс Грейторекс, умело играла на их соперничестве — Грегори Дайсона и Эдварда Хиллингтона. Да, надо признать, она всегда была привлекательной женщиной.

— Хотя теперь она уже не такая молоденькая, — заметила мисс Марпл.

— Верно. Но всегда хорошо одета, накрашена — тщательно за собой следит. Разумеется, чуть потускнела по сравнению с тем временем, когда она была всего лишь бедной приживалкой. Она всегда казалась очень преданной своей больной родственнице. Что на самом деле — судите сами.

— Ну, а эта история со снадобьем — как о ней стало известно?

— Это было не в Джеймстауне, полагаю, это произошло, когда они жили на Мартинике. У французов, насколько я знаю, нет таких строгих правил, как у нас, в отношении продажи лекарств. Аптекарь кому-то проболтался, отсюда и пошло. Ну, сами понимаете, как оно бывает.

Мисс Марпл понимала это как нельзя лучше.

— Он рассказал, что полковник Хиллингтон купил у него одно средство, хотя сам не знал, что это такое, у него и рецепта не было, он был написан на бумажке. В общем, пошли толки.

— Но я не могу понять, зачем полковнику Хиллингтону… — Мисс Марпл озадаченно нахмурилась.

— Я думаю, его просто ловко использовали. Так или иначе, Грегори Дайсон женился во второй раз, причем до, неприличия скоро. И месяца, по-моему, не прошло.

Они переглянулись.

— Но всерьез кого-нибудь подозревали? — спросила мисс Марпл.

— Да нет, просто.., словом, разговоры. Конечно, может быть, ничего такого и не было…

— Майор Пэлгрейв так не считал.

— Он вам это сказал?

— По правде говоря, я не очень внимательно слушала, — призналась мисс Марпл. — Я просто хотела узнать, не.., не говорил ли он вам того же, что и мне.

— Он указал мне на нее однажды, — промолвила мисс Прескотт.

— Правда? Он вам на нее указал?

— Да. Я, признаться, поначалу подумала, что он указывает на миссис Хиллингтон. Он эдак всхрапнул, хохотнул и сказал: «Гляньте-ка на эту женщину. Осмелюсь утверждать, что она совершила убийство и не понесла наказания». Я, конечно, была потрясена. Сказала: «Вы, конечно, шутите, майор Пэлгрейв?» — А он: «Если вам угодно, дорогая леди, давайте назовем это шуткой». Дайсоны и Хиллингтоны сидели за столом совсем близко от нас, и я боялась, что они услышат. Он хихикнул и сказал: «Не хотел бы я на какой-нибудь вечеринке отведать коктейль, приготовленный некой особой. Это весьма напомнило бы ужин в семействе Борджиа».

— Как интересно, — сказала мисс Марпл. — А упоминал он про.., про какую-нибудь фотографию?

— Не помню.. Про фотографию или газетную вырезку?

Мисс Марпл хотела что-то сказать, но в это мгновение на нее упала чья-то тень, и она прикусила язык. Проходившая мимо Ивлин Хиллингтон приостановилась возле них.

— Доброе утро, — сказала она.

— А я как раз подумала, куда это вы пропали, — отозвалась мисс Прескотт, приветливо ей улыбнувшись.

— Ездила в Джеймстаун кое-что купить.

— А-а, понимаю.

Мисс Прескотт поискала кого-то глазами, и Ивлин Хиллингтон поспешила сказать:

— Нет, Эдварда я с собой не брала. Мужчины терпеть не могут магазинов.

— Нашли что-нибудь симпатичное?

— Да нет, я ничего такого не искала. Вообще-то мне нужно было в аптеку.

Улыбнувшись и слегка поклонившись, она двинулась дальше вдоль берега.

— Хиллингтоны — очень милые люди, — заметила мисс Прескотт, — хотя поди разберись, что она на самом деле думает, правда? Я хочу сказать, она всегда любезна и все такое, но при этом умеет держать дистанцию.

Мисс Марпл, поразмыслив, согласилась.

— Никогда не знаешь, что у нее на уме, — сказала мисс Прескотт.

— Может быть, это и к лучшему.

— Прошу прощения?

— Да нет, ничего особенного — просто у меня такое впечатление, что мысли у нее вряд ли очень веселые.

— О-о, — несколько удивленно протянула мисс Прескотт. — Я понимаю, что вы имеете в виду. — Она слегка изменила тон разговора. — Насколько я знаю, у них очаровательный дом в Гемпшире и сын — или двое, не помню, — они только что поступили — или один из них — в Винчестерский колледж.

— Вы хорошо знаете Гемпшир?

— Нет. Почти совсем не знаю. Мне кажется, они живут где-то недалеко от Элтона.

— Понятно. — Мисс Марпл помолчала, потом спросила:

— А где живут Дайсоны?

— В Калифорнии. Там, во всяком случае, их дом. Они же великие путешественники.

— О людях, которых встречаешь во время поездок или на отдыхе, узнаешь крайне мало, — заметила мисс Марпл. — Я имею в виду — как бы это поточнее выразить, — узнаешь только то, что они сами сочтут нужным о себе сказать. К примеру, знаем ли мы наверняка, что Дайсоны живут в Калифорнии?

Мисс Прескотт посмотрела на нее с изумлением.

— Я отчетливо помню, что мистер Дайсон об этом говорил.

— Да. Разумеется. И то же самое, вероятно, с Хиллингтонами. То есть когда вы говорите, что они живут в Гемпшире, вы просто повторяете то, что они сами вам сказали.

Мисс Прескотт немного встревожилась.

— Вы что же, думаете, что они живут не в Гемпшире?

— Нет, нет, ни в коем случае, — извиняющимся тоном поспешила заверить ее мисс Марпл. — Я просто использовала их как пример — насчет того, что мы знаем о людях и чего не знаем. Вот я сказала вам, что живу в Сент-Мэри-Мид, — об этом местечке вы, я уверена, никогда раньше не слыхали. Поэтому вы знаете о моем местожительстве только с моих слов, правда?

Мисс Прескотт подумала про себя, что ей абсолютно все равно, где именно живет мисс Марпл. Она знала только, что это где-то в сельской местности на юге Англии.

— Да, теперь я поняла вашу мысль, — торопливо согласилась она, — да, и я знаю, что за границей надо быть очень и очень осторожными.

— Я не совсем это имела в виду, — заметила мисс Марпл, а тем временем в ее голове бродили довольно странные мысли. Откуда ей знать наверняка, что каноник и мисс Прескотт — это действительно каноник и его сестра? Так утверждали они сами. Противоречащих этому свидетельств не было. Но разве сложно надеть воротничок ошейником и облачение англиканского священника, разве трудно вести соответствующие разговоры? Был бы мотив…

Мисс Марпл неплохо знала духовенство в тех краях, где жила сама, но Прескотты приехали с севера. Из Дарема, кажется? Вообще-то она не сомневалась, что они и вправду Прескотты, но все-таки как знать…

Возможно, следует всегда быть настороже. Возможно… Она задумчиво покачала головой.

Расскажите о Мисс Марпл в соц. сетях

Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Google Plus