Агата Кристи  //   Отель «Бертрам»

Глава 26

Каноник Пеннифазер был усажен в такси и отвезен в Британский музей. Старший инспектор проводил мисс Марпл в холл и попросил подождать минут десять, если она не возражает. Мисс Марпл не возражала. Ей самой хотелось спокойно посидеть, поглядеть и подумать.

Отель «Бертрам». Сколько воспоминаний! Прошлое смешивалось с настоящим. Сама собой пришла на ум французская поговорка: Plus la change, plus s'est la meme chose.[Чем оно больше меняется, тем больше остается собой (фр.) ] И она тут же мысленно ее переделала: Plus c'est la meme chose, plus la change.[Чем оно больше остается собой, тем больше меняется (фр.) ] Как все грустно: жаль и себя, и отель «Бертрам»… Чего, интересно знать, хочет от нее инспектор? Она чувствовала, что он вдохновлен близостью цели. Его планы вот-вот осуществятся.

А жизнь отеля текла своим чередом. Впрочем, нет, решила мисс Марпл, не совсем. Она, однако, не могла определить, в чем выражается это «не совсем». Быть может, в витающем повсюду беспокойстве?

Появился старший инспектор Дэви.

— А сейчас мы с вами посетим леди Седжвик.

— Она в отеле?

— Да. Вместе с дочерью.

Мисс Марпл поднялась, огляделась и пробормотала:

— Бедный «Бертрам»!

— Что хотите этим сказать?

— Мне кажется, вы меня поняли.

— Ну, если встать на вашу позицию, — наверное, понял.

— Всегда грустно видеть, как гибнет произведение искусства.

— Вы находите, что этот отель — произведение искусства?

— Несомненно. И вы тоже.

— Пожалуй, — согласился Дед.

— Это как если в живую изгородь попадет бузина. Уже ничего не поделаешь, надо брать заступ и выкорчевывать.

— В этом я мало смыслю. Но если сравнить с гнилью в дереве — то тут я с вами согласен.

Они поднялись на лифте и прошли в конец коридора, к двери углового номера из нескольких комнат. Старший инспектор Дэви, предварительно постучав и получив разрешение, вошел в комнату, за ним последовала мисс Марпл.

Бесс Седжвик сидела у окна на стуле с высокой спин-коп. На коленях у нее была книга, которую она не читала.

— Итак, это снова вы, инспектор! — Ее глаза остановились на мисс Марпл и выразили легкое удивление.

— Это мисс Марпл, — пояснил Дед. — Мисс Марпл — леди Седжвик.

— Я видела вас на днях, — сказала Бесс Седжвик, — вы были с Сединой Хейзи. Садитесь, пожалуйста. — Она повернулась к Деду:

— Какие у вас новости о человеке, стрелявшем в Эльвиру?

— Ну, новостями это, пожалуй, не назовешь.

— Сомневаюсь, что вам вообще удастся что-то узнать.

В такой туман хищники выходят на промысел и нападают на одиноких женщин…

— Именно. А как себя чувствует ваша дочь?

— Эльвира вполне оправилась.

— Она с вами?

— Да. Я позвонила ее опекуну полковнику Ласкому.

Он страшно обрадовался, что я решила взять на себя заботу об Эльвире, — Она внезапно рассмеялась. — Милый старик! Он давно мечтал, чтобы мать и дочь были вместе.

— Возможно, он прав, — сказал Дед.

— Ах, нет. Он не прав. В настоящий момент, да, согласна, это — самое лучшее. — Она отвернулась к окну и сказала изменившимся голосом:

— Я слышала, что вы арестовали моего друга Ладислава Малиновского. В чем его обвиняют?

— Он не арестован, — поправил ее Дэви. — Он просто помогает нам в нашем расследовании.

— Я послала ему моего адвоката.

— Вы сделали очень правильно, — одобрил Дед, — всем, у кого возникают недоразумения с полицией, следует иметь адвоката. Чтобы не навредить себе.

— Даже если он ни в чем не виновен?

— В этом случае адвокат, быть может, еще более необходим!

— А вы, я вижу, циник. Так что вы хотите от него узнать? Если я, конечно, вправе задать такой вопрос?

— Прежде всего, мы хотели выяснить, что он делал в тот вечер, когда убили Майкла Гормана.

Бесс Седжвик резко выпрямилась на стуле.

— Неужели вам взбрела в голову нелепая мысль, что Ладислав мог стрелять в Эльвиру? Они даже не знают друг друга!

— Мог. Его автомобиль стоял как раз за углом.

— Вздор!

— Скажите, леди Седжвик, как подействовали на вас события того вечера?

На лице ее выразилось легкое удивление.

— Естественно, я была расстроена — ведь мою дочь едва не убили. А чего, собственно, вы ожидали?

— Я не это имел в виду. Как подействовала на вас смерть Гормана?

— Мне было жаль его. Он храбрый человек.

— И это все?

— А что еще я должна, по-вашему, сказать?

— Ведь вы знали его, не так ли?

— Конечно. Он здесь работал.

— Не будем играть в прятки, леди Седжвик. Он был вашим мужем, ведь так?

Она немного помолчала, но не выказала ни волнения, ни удивления.

— А вы многое знаете, инспектор! — Она вздохнула и откинулась на спинку стула. — Я не видела его.., сколько же? Двадцать, нет, больше двадцати лет. И однажды выглянув из окна отеля, узнала его.

— А он узнал вас?

— Как ни удивительно, мы узнали друг друга. А вместе были всего лишь неделю. А потом нас нагнала моя семья, они дали ему денег и увезли меня домой. — Она вздохнула. — Я была совсем молоденькой, когда бежала с ним. Этакой дурочкой, с головой, набитой романтическими бреднями. Он казался мне героем, даже не знаю почему. Наверное, главным образом потому, что был прекрасным наездником. Он не знал, что такое страх. И был красив и забавен со своим ирландским юмором. Но это я надумала бежать с ним. Сомневаюсь, чтобы ему это могло прийти в голову! Я была сумасбродной, упрямой и к тому же страстно влюбленной. — Она покачала головой. — Но это продолжалось недолго. Одних суток хватило, чтобы я разочаровалась в нем. Он пил, был груб и необуздан. Когда примчались мои, и увезли меня, честное слово, я была рада. И с тех пор я не хотела ни видеть его, ни слышать о нем.

— Ваша семья знала, что вы с ним поженились?

— Нет.

— Вы это скрыли?

— Я не думала, что этот брак был настоящим.

— Как же это выяснилось?

— Мы поженились в Баллигауане, но, когда явилась моя семья, Микки сказал мне.» что брак наш фиктивный. Он и его дружки якобы это состряпали. В то время я поверила. То ли он хотел потом тянуть деньги, то ли испугался, что нарушил закон, женившись на несовершеннолетней, — не знаю. Но так или иначе, я ему тогда поверила.

— А позже?

— Спустя много лет, когда я лучше стала понимать жизнь и разбираться в законах, мне внезапно пришло в голову, что на самом деле я до сих пор официально замужем за Микки Горманом!

— Значит, в брак с лордом Конистоном вы вступили при живом муже, нарушив закон?

— И еще раз нарушила, когда вышла за Джонни Седжвика, а потом, когда вышла за моего последнего мужа Риджуэя Беккера!

Тут, взглянув на старшего инспектора, она искренне расхохоталась:

— Вот какая я многомужница! Даже смешно!

— Вы не думали о том, чтобы развестись?

Она пожала плечами:

— Это казалось мне какой-то небывальщиной. Зачем все ворошить?.. Правда, Джонни я рассказала. — При упоминании этого имени голос ее смягчился.

— И как он к этому отнесся?

— А никак. Ни Джонни, ни я никогда не были особенно законопослушными!

— А ведь двоемужество карается законом, леди Седжвик!

Она взглянула на него и вновь рассмеялась.

— Кому какое дело до того, что произошло в Ирландии много лет тому назад? Микки взял деньги и исчез. Неужели вы не понимаете? Это был просто маленький несуразный инцидент, который я хотела забыть. Я предпочитаю не помнить того, что осложняет мне жизнь.

— Но затем, — сказал Дед спокойным голосом, — в один ноябрьский день Майкл Горман вновь возник на вашем пути и хотел вас шантажировать?

— Чепуха! Кто сказал, что он меня шантажировал?

Взгляд Деда медленно обратился в сторону старой дамы, прямо и спокойно сидевшей на стуле.

— Вы! — Бесс Седжвик уставилась на мисс Марпл. — Что вы об этом знаете?

Не упрек, а скорее любопытство слышалось в ее голосе.

— У кресел в этом отеле очень высокие спинки, — сказала мисс Марпл. — Я сидела в одном из них, в читальне. Вы пришли туда, чтобы написать письмо. По-видимому, вы не знали, что в комнате есть кто-то еще. И таким образом, я услышала ваш разговор с мистером Горманом.

— Вы слушали?

— Естественно. Почему бы нет? Это было в читальне, открытой для всех. Когда вы высунулись в окно и окликнули человека, стоявшего на улице, я понятия не имела, что разговор ваш будет интимным.

Бесс секунду глядела на мисс Марпл, затем кивнула.

— Что ж, справедливо. Да, все ясно. Но все же вы не поняли того, что услышали. Микки не шантажировал меня. Он мог бы это сделать, но я его вовремя одернула! — На губах Бесс появилась та широкая, открытая улыбка, которая делала лицо ее столь привлекательным. — Я ему пригрозила!

— Да, — согласилась мисс Марпл. — Пригрозили. Вы пригрозили, что убьете его. Но не я одна слышала этот разговор.

Брови Бесс Седжвик изумленно поползли вверх.

— Господи милосердный! Это что же, нас слушал весь отель?

— Другое кресло тоже было занято.

— Кем?

Мисс Марпл взглянула на старшего инспектора Дэви, и взгляд ее почти умолял: «Если так нужно, сделайте это сами, а я не могу!»

— В другом кресле сидела ваша дочь, — сказал Дэви.

— Ах, нет! — вскрикнула Бесс Седжвик. — Нет! Только не Эльвира! Да-да, я понимаю, да… Она могла всерьез подумать…

— Она восприняла услышанное настолько серьезно, что отправилась в Ирландию узнать истину. И узнать ее было нетрудно.

Бесс Седжвик вновь произнесла «Ах, нет!» тихим голосом и затем:

— Бедная девочка… И ведь даже теперь она ни о чем не спросила меня. Держит все в себе. А спроси она меня, я бы объяснила ей, что все это не имеет никакого значения!

— А она могла бы с вами не согласиться, — сказал Дэви. — Забавная, знаете ли, штука жизнь. — Сейчас старший инспектор заговорил, вроде бы, как приятельским тоном, словно припоминая что-то вслух. Он стал похож на старого фермера, который рассказывает о своей земле и скотине. — Забавная… Я столько ошибок совершил.., но вы знаете, что я понял.., если схема проста, доверять ей нельзя. Простенькие схемы, как правило, бывают слишком хороши, чтобы им доверять. Возьмем это убийство. Девушка утверждает, что в нее стреляли и промахнулись. Швейцар кинулся к ней и был убит вторым выстрелом. Что ж, возможно, так и было. Предположим, что так восприняла случившееся и сама девушка. Однако на деле все могло оказаться иначе… Вот вы сейчас сказали, леди Седжвик, что у Малиновского не было причин покушаться на жизнь вашей дочери. Согласен. Такого рода люди, поссорившись с женщиной, скорее пырнут ее ножом. Вряд ли он стал прятаться в цветнике и хладнокровно ждать, когда она появится. А если он хотел убить кого-то другого? Крики, выстрелы, и в суматохе убит Майкл Горман! Но, может быть, именно это и планировалось? Малиновский тщательно подготовил убийство. Выбрал туманную ночь, спрятался за стеной отеля и ждал, когда на улице появится ваша дочь. А что она появится, он знал. Выстрел. Он вовсе не собирался убивать девушку. Он стреляет мимо, но ей-то кажется, что целились в нее. Она кричит. Швейцар, услышав выстрел и крик, кидается к ней, и тогда Малиновский убивает того, кого и хотел убить, — Майкла Гормана.

— Не верю ни единому слову! Зачем Ладиславу понадобилось убивать Микки Гормана?

— Быть может, шантаж? — предположил Дед.

— Вы хотите сказать, что Микки шантажировал Малиновского? По поводу чего?

— Возможно, — сказал Дед, — по поводу того, что происходит в» отеле «Бертрам». Майклу Горману многое удалось узнать.

— Что же происходит в этом отеле? Что вы имеете в виду?

— Криминальное предприятие, — сказал Дед, — прекрасно организованное, превосходно работающее. Но всему наступает конец. Мисс Марпл спросила меня на днях: что именно неладно с этим отелем? Сейчас я отвечаю на этот вопрос. Отель «Бертрам» является штабом одного из лучших и крупнейших в истории преступных синдикатов.

Расскажите о Мисс Марпл в соц. сетях

Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Google Plus